Четыре стадии смерти

Третья стадия смерти: ПРОХОЖДЕНИЕ ЧЕРЕЗ «АД» И «РАЙ»

Третья стадия смерти — «свет в конце туннеля» — связана с выходом души через один из 350 тысяч каналов нади. В соответствии с выбранной программой, всплывающей в уме по­добно пузырькам воздуха в воде, мы входим в тот канал, кото­рый освещается Параматмой, локализованной формой Бога, сопровождающей нас в течение всего материального существования. В соответствии с уровнем своего сознания мы можем видеть облик Параматмы или просто свет, исходящий от Бога. Каждый канал имеет свой оттенок — фиолетовый, си­ний, красный, зеленый, оранжевый и т.д. Согласно тибетской «Книге мертвых» даже по оттенку цвета можно понять, в ка­кую форму жизни и в какое место Вселенной мы отправляем­ся.

Третья стадия смерти в земном летоисчислении составляет 40 дней, хотя субъективно может показаться вечностью. По­минать умершего на 40-й день неправильно — нужно приба­вить еще девять дней к 40. Только на 49-й день умерший за­канчивает свое земное существование. В это время эфирное тело полностью распадается, и вся информация переписыва­ется на одну из матриц Вселенной. Существует пространство, называемое Питри-локой. Сколько бы ни жило людей во Все­ленной, после их смерти вся информация об их судьбе в символической форме ко­дируется в «Мире Пи­три». Питри-локу на­зывают планетой пред­ков. Все образы людей, живших когда-то в на­шей вселенной, про­должительность суще­ствования которой со­ставляет 311 триллио­нов 40 миллиардов лет, принимают в этом про­странстве некую сим­волическую форму. По­сле смерти человек мо­жет вступить в контакт с информацией («обра­зом») своих предков по своему желанию.

Помните слова Иова «живые позавидуют мертвым»? Дело в том, что ни «ада», ни «рая» не существует во внешнем мире. Они внутри нас и похожи на сон. Кто-то усмехнется: «Ну и что же? Это всего лишь сон». Но разве мы не просыпаемся в холод­ном поту и не кричим, когда видим страшные сны?

Итак, мы отправляемся в путешествие по одному из кана­лов нади, дабы пройти наши внутренние «ад» и «рай». Что же лучше вначале? Вероятно, это зависит от того, насколько че­ловек был благочестив или греховен в своей жизни.

Все наши желания вначале «подпитываются» определен­ными мыслями, а затем «поливаются» соответствующими по­ступками. Так мы порождаем так называемые «элементалы» (мыслеобразы). Благочестивые элементалы напоминают ан­гелоподобных существ, негативные же — чудовищ, подоб­ных тем, что можно увидеть в компьютерных играх или филь­мах ужасов. Когда мы проходим через один из каналов нади, мы оказываемся на различных «сценах», где появляются все эти чудовища, которых мы сами породили. Например, в веди­ческих канонах говорится, что если человек ест мясо, т.е. бе­рет плоть убитого им или для него живого существа, он по­рождает соответствующий мыслеобраз, с которым встретится во время смерти. Мясо на санскрите называется «мамса». Это означает: «В этой жизни я ем тебя, в следующей жизни ты бу­дешь есть меня». Таким образом, мы даем санкцию на то, что станем сами пищей для других.

Все это будет происходить во время третьей стадии смерти. Некоторые говорят: «Но я же сам не убиваю!». Однако Веды указывают, что те, кто убивает, те, кто дает санкцию на убий­ство, те, кто торгует мясом, те, кто его разделывает и те, кто его готовит или ест — совершают один грех.

Если вы осуждали кого-то или ненавидели, проявляли не­померную жадность или гордость, знайте: вы породили ужас­ных монстров, уничтожить которых можно только специаль­ными мантрами или духовными практиками.

Существует древняя притча о том, как духовный учитель объяснял своим ученикам суть понятий «ад» и «рай», находя­щихся внутри нас.

...Высоко в синем небе пылало Солнце. В ярком его свете вода в Ганге казалась темной, почти черной. На берегу вели­кой реки сидели учитель и несколько учеников.

— Итак, теперь вы знаете о том, что все наши желания вна­чале «подпитываются» определенными мыслями, а затем «по­ливаются» соответствующими поступками. Так рождаются мыслеобразы. Еще раз повторяю вам: негативные мыслеобра­зы подобны чудовищам. Когда, умирая, мы проходим через один из каналов нади, мы оказываемся на разных «сценах», где встречаемся со всеми этими монстрами, которых мы сами породили.

Воцарилось молчание. После паузы гуру спросил: «Все ли поняли сказанное мной?». Один из учеников, совсем моло­дой, с длинным носом и живыми блестящими глазами, дер­нул щекой.

 – Простите, учитель. Получается, что «ад» существует вну­три нас, и это вроде бы понятно. Но как хочется увидеть все это собственными глазами, очутиться в «аду», испытать на себе, что это такое!

– Будь по-твоему, — отвечал учитель, — но ответь, сколь­ко времени тебе надобно, чтобы как следует ощутить, что же такое «ад»?

Тут любознательный молодой человек вспомнил, что его наставник наделен немалыми мистическими способностями, и стушевался. Однако отступать было поздно.

– Я думаю, пятнадцати минут будет достаточно, — про­бормотал он... и немедленно вокруг сгустились сумерки.

Перед ним простиралась бесконечная пустыня. Тут и там из песка торчали, высунувшись по локоть, сжатые в кулак руки. Внезапно у нескольких, ближайших к нему, кулаки раз­жались, и в середине каждой ладони обнаружилось по широ­ко открытому глазу. Все глаза уставились на ученика и приня­лись рассматривать его. Взгляды, беззастенчивые и глумли­вые, казалось, раздевали догола и выворачивали наизнанку. Через минуту раскрылись остальные руки, и в них обнаружи­лись беззубые рты, из которых потек гной вперемешку со сло­вами. Прислушавшись, можно было понять, что рты обсужда­ют все недостатки новоприбывшего, вспоминают отдельные эпизоды его жизни, вытаскивают на свет самые сокровенные его мысли и глумятся над ними. Не выдержав, ученик заткнул пальцами уши, и тогда ближайший рот плюнул гноем, кото­рый попал прямо в лицо и стал жечь, точно расплавленный свинец. Завывая от боли, ужаса и отвращения, ученик бросил­ся бежать, не разбирая дороги. Он несся под градом плевков, насквозь прожигавших одежду, разъедавших кожу и мышцы, и вдруг почувствовал, что песок под ногами кончился. Осто­рожно приоткрыв один глаз, он увидел, что стоит на берегу озера, от которого веет свежестью и прохладой. Задыхаясь от счастья, он по грудь вошел в воду и принялся смывать с себя зловонные плевки. Рядом с ним из воды высунулась голова ал­лигатора, непостижимым образом напомнившая ученику его собственное лицо, отразившееся в большом зеркале в тот мо­мент, когда он, будучи подростком, жестоко и язвительно из­девался над своей младшей сестрой.

«Смена декораций», — пропищал аллигатор. Тут же из его пасти поползли длинные и тонкие коричневые черви. Уче­ник с ужасом увидел и почувствовал, что твари проникли под одежду, подобрались к его голове и стали заползать во все естественные отверстия тела. Испытывая ни с чем не сравни­мую боль, ученик с огромным трудом выполз на берег и ут­кнулся лицом в холодную землю.

Почва перед ним разошлась, и оттуда выглянуло мертвое лицо его матери. Из глазных впадин его торчали хвосты скор­пионов. «Смена декораций», — прохрипело лицо. От него ста­ли отваливаться куски плоти, и наконец обнажился собачий череп. «Помнишь, как ты хотел ударить по лицу свою мать?»,

  • прогавкал череп и откусил ученику нос. Заливая землю во­круг кровью, хлещущей из обезображенного лица, ученик встал на четвереньки.

«Что же это, что же это?», — беззвучно шептал он, пытаясь сдержать рыдания. Из глаз его хлынули слезы. За те несколько секунд, что он плакал, все его раны и язвы зажили и перестали болеть. Он поднялся на ноги. «Ты сам знаешь, что это, — про­шелестел песок под ногами, прошептал ветер, зажурчала вода в реке. — Это твои зависть, злоба, алчность...»

«Привет, —донесся откуда-то снизу звонкий детский голос, — смена декораций». Перед ним стоял крошечный, ростом в локоть, прехорошенький маленький мальчик. Он улыбнулся, и ученик увидел, что зубы у мальчика волчьи. «Мучить живот­ных — нехорошо», — ласково сказал мальчик-волк, и всадил в правое колено ученика неизвестно откуда взявшуюся кирку. В глазах у того вспыхнули искры, и он повалился на землю. «Да, нехорошо», — повторило существо и вонзило кирку ему в го­лову, — надо же, у нас, оказывается, и мозги имеются!». Вдруг маленький мучитель куда-то пропал, и раны вновь стали за­живать сами собой. Не успел он порадоваться этому, как сно­ва — «Смена декораций!», и он висит вниз головой на железной пальме, а рядом громоподобно квохчет курица величи­ной со слона. «Какой вкусный червячок попался мне на обед! Сначала выклюем ему глазки!»

Он не смог бы, даже если б захотел, подсчитать, сколько еще раз звучало это «Смена декораций!», сколько перед ним прошло жутких, гротескных, отвратительных созданий, оли­цетворявших подлость, ненависть, заносчивость, тщеславие, лень... Сколько раз его варили в сиропе, замешанном не на са­харе, а на лжи, выжигали глаза раскаленными сгустками зло­бы, заставляли глотать живых пираний предательства, выди­рали ногти и посыпали кровоточащие пальцы жгучими кру­пинками воровства и мздоимства... Всякий раз его плоть вос­станавливалась, оживала, чтобы подвергнуться новым мукам. В конце концов, он потерял счет времени.

«Смена!..»

Он не мог думать ни о чем, кроме боли, ибо не чувствовал ничего, кроме страданий. Он был бы счастлив, если бы его тело, ежеминутно испытывающее адские муки, наконец, пе­рестало бы восстанавливаться, рассыпалось бы в прах и пере­стало что-либо ощущать... увы. Он мечтал о том, чтобы рассу­док его помутился — если бы подобное произошло, боль от­ступила бы. Но и в этом ему было отказано. Казалось, прошла вечность с тех пор, как он оказался здесь.

– Целая вечность в аду... целая вечность. За что, учитель? Зачем вы обманули меня? Я проклинаю вас и ваш обман! Вы­тащите меня отсюда!!!

Внезапно жуткие твари отступили в стороны, окружив уче­ника плотным кольцом. На свинцово-черном небе разошлись тучи, на землю внутри круга монстров упал солнечный луч, из которого выплыла фигура его духовного учителя. Он улыб­нулся и подошел к ученику.

Вечность? Отнюдь, друг мой. Ты отсутствовал всего лишь пять минут — меньше, чем хотел сам. Но, может быть, тебе все же не терпится досмотреть спектакль до конца?

Праведная деятельность, напротив, подарит нам «рай­ские» наслаждения. На нашем пути будут возникать сказоч­ные рощи и сады, источающие удивительные цветочные аро­маты и наполненные прекрасным пением птиц. Вдоль голу­бых озер встретятся изумительно красивые мужчины и жен­щины, и мы сможем испытать «небесные наслаждения», пре­восходящие в сотни тысяч раз любые земные радости. Одна­ко и это рано или поздно закончится, и мы должны будем рас­статься с иллюзиями этого удивительного мира.

Четвертая стадия смерти: СМЕНА ДЕКОРАЦИЙ

Через 49 дней наступает четвертая стадия смерти — стадия освобождения. Мы ощущаем себя полностью свободной лич­ностью подобно актеру, наконец-то сыгравшему свою роль в пьесе. В этот период мы будем находиться в особом состоя­нии сознания, когда нам покажут будущий «сценарий» жиз­ни, наш новый «космический коридор». Мы узнаем, что нам предстоит сделать в следующем воплощении, на следующем этапе своей эволюции. Мы сможем увидеть своих будущих ро­дителей, место, где нам предстоит появиться на свет и узнать, какие препятствия и искушения встретятся на нашем жиз­ненном пути и какие задачи нам придется решить. Мы, ско­рее всего, испытаем одновременно и радость освобождения и, возможно, страх перед новой неизведанной судьбой. В это время мы осознаем себя духовной личностью и будем молить­ся Богу, чтобы Он никогда не оставлял нас на нашем нелегком пути.

Из книги И.Ветрова «Аюрведа — гармония жизни»

 

 

О OKEAN MUDROSTY

Оставить комментарий

Войти с помощью: 
Copy Protected by Chetan's WP-Copyprotect.
WpCoderX